<<
>>

§ 2. Сущность правовых категорий «презумпция» и «фикция»

В период действия советской правовой доктрины внимание к презумпци­ям и фикциям как к правовым категориям значительно ослабевает, они изуча­ются только в сравнении с другими правовыми явлениями.

В советское время исследователями правовых категорий презумпций и фикций занимались следующие ученые: А.

Штейнберг, В. Ф. Асмус, М. С. Строгович, В. И. Каминская, Я. Б. Левенталь, А. Ф. Клейнман, К. С. Юдельсон,

B. П. Воложанин, Н. А. Чечина, Ю. К. Толстой, Я. Л. Штутин, М. А. Гурвич, М. Г. Авдюков, В. А. Ойгензихт, В. Б. Исаков, И. М. Зайцев, К. К. Панько, Е. Ю. Веденеев, И. В. Решетникова, М. К. Треушников, О. А. Курсова, М. А. Фокина,

C. В. Гусева и другие.

Выработке понятия презумпции необходимо предпослать указания ее характерных черт как правовой категории и признаков как феномена общей познавательной деятельности.

В науке правоведения разработаны характерные черты презумпции. Они заключаются в том, что презумпция является понятием абстрактного характера с точки зрения формальной логики, носит конкретный характер, охватывает все предметы и явления, служащие основой ее образования, выражает наиболее обычный порядок вещей и явлений, обладает предположительным характером, является вероятностным обобщением. Возможность опровержения является необходимым и существенным признаком презумпции, однако не должна пре­вратиться в закономерность, поскольку презумпция в этом случае утрачивает одну из существенных черт - фиксирование повторяемости жизненных процес­сов1.

По нашему мнению определение правовой презумпции должно по воз­можности отражать все указанные характерные черты, в последующем это по­служит правильному отнесению тех или иных положений к презумпциям. Так-

1 См. подробнее: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. Горький, 1974. С. 4-5.

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ 41 1 БИБЛИОТЕКА 1

же упоминание нами о существенных чертах презумпции способствует пра­вильному анализу того или иного определения презумпции, а также обоснова­нию нашей позиции по вопросу наличия неопровержимых презумпций в праве. Сущность презумпции как категории права не тождественна сущности презумпции как феномена общей познавательной деятельности1. На основании этого в философии выделяются ключевые признаки презумпции как феномена общей познавательной деятельности:

1) Презумпция - результат логической деятельности субъекта познания. Она связана не просто с пассивно регистрирующей рецепцией окружающих яв­лений, но и с их умозрительным эвристическим обобщением, которое произ­водится по законам индуктивной логики, с помощью неполной индукции: фик­сируются свойства и отношения некоторого числа членов определенного класса предметов и явлений. Выявленное в результате этого общее отношение или свойство переносится на неисследованные члены или на весь класс целиком. Такой вывод как раз и связан с достижением не достоверной, а вероятной исти­ны. Подчеркивается, что презумпция не возникает «сама по себе», независимо от воли познающего субъекта, формируется тогда, когда у субъекта появляется интенция к выражению определенного отношения к объекту познания.

2) Презумпция - феномен обыденно-практического познания. Методоло­гия научного познания стремиться исключить случаи, когда законченное отно­шение к объекту строится на недостоверном, вероятностном знании.

3) Презумпция характеризует такое состояние субъекта познания, когда сумма собранных сведений о свойствах объекта провоцирует большее или меньшее убеждение в истинности знания сущностных внутренних свойств. Доказывание истинности этих свойств становится факультативным. Презумп­ция может потерять свое значение вероятной истины либо в конкретном случае, если новые факты о данном объекте прямо опровергают презумпцию, либо то-

1 См. подробнее: Гусева С. В. Презумпции в системе философско-правовых категорий // Философская и правовая мысль: Альманах. Саратов; СПб., 2002. Вып. 4. С. 28-30.

42 гда, когда новые факты, получаемые субъектом из опыта, войдут в противоре­чие с прежними и сама презумпция прекратит свое существование.

4) Гносеологическая ситуация, описываемая категорией презумпции, на­блюдается чаще всего в сфере социальных межличностных отношений. Многие объекты природного или предметного лица (артефакты) свободно поддаются непосредственному наблюдению, которое позволяет сделать выводы об их ис­тинных (для обыденного познания) свойствах1. Объекты же социального лица (люди, социальные группы, общество в целом) в силу своей динамической, подчас непредсказуемой организации неподвластны статическому, окончатель-ному пониманию . Познание этих объектов, сопровождаемое обнаружением их внешних появлений, может создавать лишь вероятное знание, в той или иной степени, приближенное к постижению их истинных, сущностных качеств. На основе этого знания возникает презумпция - ценностное прагматическое отно-шение к указанным объектам .

Не всегда указываются в определениях ключевые признаки презумпции как феномена общей познавательной деятельности, характерные черты пре­зумпции, что ведет к неполному раскрытию сущности указанных явлений. Итак, в правоведении существует целый ряд определений презумпции: некото­рые ученые дают общелогическое определение презумпции, другими формули­руется определение правовой презумпции.

1 Под артефактом понимается созданный человеком продукт его технологической деятельно­ сти в отличие от естественных природных объектов. См. подробнее: Советский энциклопе­ дический словарь / Под ред. А. М. Прохорова. М., «Советская энциклопедия», 1989. С. 148; Надель-Червинская М. А., Червинский П. П. Большой толковый словарь иностранных слов. Ростов н / Д, «Феникс», 1995. С. 77.

2 Соотношение понятия природное, предметное, социальное лицо (личность) также можно проследить при анализе понятий человек, индивид, индивидуальность, личность. Социаль­ ным лицом является личность. См. подробнее: Введение в философию: Учебник для ВУЗов. В 2-х ч. Ч. 2. М, Изд-во политической литературы. 1989. С. 219-258; 550-584.

3 См.: Гусева С. В. Презумпции в системе философско-правовых категорий // Философская и правовая мысль: Альманах. Саратов; СПб., 2002. Вып. 4. С. 28-30.

43

Представляется правильным вести анализ некоторых существующих оп­ределений презумпций и на его основе выработать собственное определение правовой презумпции.

В теории уголовного процессуального права в период действия совет­ской правовой доктрины под презумпциями понималось положение, прини­маемое за истину без доказывания1. Указанное определение страдает некото­рыми недостатками: отсутствует указание на предположительный характер и логическую природу презумпции, механизм ее действия. По нашему мнению ввиду отсутствия некоторых характерных черт презумпции данное определение можно распространить на правовую аксиому - смежное с презумпцией поня­тие.

В науке гражданского процессуального права заслуживают внимания следующие определения презумпций. Правовые презумпции рассматривались как предположения, основанные на эмпирических обобщениях, которые закон объявляет установленными, следовательно, и судья, должен считать за истину .

Приведенное определение может быть дополнено словами «...без специ­ального доказывания». Кроме того, его недостатком следует признать отсутст­вие указания на роль и механизм действия презумпции, на существенную чер­ту презумпции - возможность опровержения.

К. С. Юдельсон, разделяя точку зрения Д. И. Мейера на презумпцию, как на признание факта существующим по вероятности, что он существует, дополнил указанное определение. В качестве источника, дающего логическую силу презумпциям, как основания освобождения от доказывания, рассматрива­лась большая степень вероятности факта, который в силу этого может быть ос­вобожден от доказательств3.

1 См.: Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. М; Л., Изд-во АН СССР, 1948. С. 46.

2 См.: Левенталь Я. Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Со­ ветское государство и право. 1949. № 6. С. 54.

3 См.: Юдельсон К. С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М.: Го- сюриздат, 1951. С. 249-250.

44

Указанное высказывание нельзя назвать определением, поскольку оно не обличено в формулировку. Недостатком, безусловно, является отсутствие ука­зания на механизм действия презумпции, ее предположительный характер, воз­можность опровержения презумпции.

Некоторые ученые под презумпцией понимали установленное законом предположение, в силу которого суд обязан сделать вывод о существовании определенного факта на основании других уже доказанных фактов1. Данное оп­ределение достаточно полно, однако отсутствует указание на логическую при­роду презумпции.

По нашему мнению, отражение всей полноты существенных черт право­вой категории позволяет наиболее полно раскрыть ее сущность.

Наиболее полно определение В. П. Воложанина. Под юридическим пред­положением понимается предположение, освобождающее сторону от доказы­вания какого-либо факта при доказанности других фактов, поскольку между ними (то есть фактом, освобожденным от доказывания, и фактом, уже дока­занным) существует причинная связь, проверенная и подтвержденная предше­ствующим опытом, практикой. Им была подчеркнута роль презумпций в пра­воприменительной деятельности: они облегчают доказательственную деятель­ность суда вследствие уменьшения количества подлежащих доказыванию фак­тов, сокращают и упрощают доказательственный процесс, облегчают, в извест­ной степени, судебную оценку доказательств2.

Следует отметить другие определения презумпции3. Понятие предполо­жения имеет два значения: предположение как гипотеза и предположение как презумпция. Предположение как гипотеза означает предположение, основанное на вероятности какого-либо факта. Предположение есть предположение в осо­бом смысле этого понятия, и само слово «предположение» не вполне точно

1 См.: Абрамов С. Н. Советский гражданский процесс: Учебник. М., 1952. С. 180.

2 См.: Воложанин В. П. Юридические предположения в советском гражданском праве и про­ цессе. Свердловск, 1953. С. 173.

3 См.: Строгович М. С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголов­ ном процессе. М: АН СССР, 1955. С. 173.

45 выражает понятие презумпции: презюмированный факт предполагается в том смысле, что он признается имевшим место, если есть налицо предусматривае­мое презумпцией основание.

Это определение отражает механизм действия презумпции. Поскольку предположение М. С. Строговичем понимается в двух значениях, поэтому в нем не отражена также логическая природа презумпции. Необходимо отметить, что ученым не указаны отличия предположений от гипотез, которые заключа­ются в условиях и причинах образования категорий, характере и последствиях опровержения.

О. С. Иоффе, М. Д. Шаргородский определили презумпцию как предпо­ложение о существовании юридического факта, вызвавшего наступление дан­ных юридических последствий1.

В данном определении также не отражена логическая природа презумп­ций, механизм действия презумпции, возможность ее опровержения. Я.Л. ТТТту-тин под предположением в общелогическом смысле понимал индуктивное умозаключение о существовании (не существовании) какого-либо факта на ос­новании другого доказанного факта2.

В определении презумпции Я. Л. Штутина отсутствует характеристика презумпции как вида неполной индукции и вероятностного обобщения.

В теории гражданского права презумпция понималась как положение, выведенное из обыкновенного хода вещей, как философско-логическая катего­рия, являющаяся по существу обобщением индуктивного характера сходных явлений, из которых делается вывод-предположение о существовании какого-либо факта при определенной типичной ситуации. В данном определении не указана возможность опровержения презумпции. Вывод об истинности пред-

1 См.: Иоффе О. С, Шаргородский М. Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 262.

2 См.: Штутин Я.Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. М., Госюриз- дат., 1964. С. 101.

46 положения основывается на жизненной практике, которая и предопределяется вероятностью презумптивных обобщений1.

Сторонники отсутствия неопровержимых презумпций определяли пре­зумпцию как юридическое предположение, установленное законом, являющее­ся основанием освобождения от доказывания, например А. А. Мельников, и выделяли характерные признаки презумпции:

1) они основаны на большом накопленном опыте; многократно проверены практикой;

2) все презумпции, действующие в современном ему праве, являются ос­поримыми: заинтересованные лица вправе доказывать, что в данном случае предположение не оправдалось2.

Указанное определение удачно, однако оно распространяется только на оспоримые презумпции, вероятный характер презумпции подразумевается.

И. М. Зайцев определял презумпцию как логический прием (неполная ин­дукция), при котором из установленных фактов делается предположение о су-ществовании или несуществовании другого обстоятельства . Приведенное оп­ределение является наиболее точным, однако ученым не отражена роль пре­зумпций в современном ему праве, отсутствует указание на возможность опро­вержения презумпции.

Некоторые процессуалисты, отрицая предположительный характер пре­зумпции, полагали, что при использовании презумпции суду ничего не нужно предполагать, поскольку последняя имеет законодательное закрепление. Нор­мативное свойство презумпции выражается в том, что она выступает в качестве

1 См.: Ойгензихт В. А. Понятие гражданско-правовой презумпции // Советское государство и право. 1975. №9. С. 25.

2 См.: Курс советского гражданского процессуального права. Т. 1: Теоретические основы правосудия по гражданским делам. М.: Наука, 1981( автор главы - А. А. Мельников).

3 См.: Викут М. А., Зайцев И. М. Гражданский процесс России: Учебник. М: Юрист, 1999. С. 165.

47 общего правила, обязующего правоприменительный орган признать тот или иной факт, с которым данное правило связывают конкретные последствия1.

М. К. Треушников определяет презумпцию как наиболее распространен­ный способ установления частных правил распределения обязанностей по дока­зыванию. Сущность частных правил распределения обязанности доказывания фактов, основанных на презумпциях, состоит в том, что при особой трудности доказывания определенного факта закон освобождает сторону от этой обязан­ности, если доказан связанный с ним другой факт. Обязанность доказывания противоположного факта возлагается на другую сторону .

В определении М. К. Треушникова отсутствует указание на предположи­тельный характер презумпции, на логическую природу презумпции.

В философии на современном этапе развития научной мысли дается сле­дующее определение: презумпция - это отношение к объекту, основанное на предположении об истинности его свойств, обнаруженных путем индуктивного обобщения фактов, полученных из опыта . Поскольку указанное определение является определением презумпции в общелогическом смысле, то в нем не ука­зан механизм действия правовой презумпции и ее роль в праве.

Вышеприведенные определения не отражают те или иные существенные черты презумпции, которые помогают раскрыть всю суть рассматриваемого яв­ления. Так, например, в определении презумпции необходимо указывать на то, что презумпция есть вероятностное обобщение. Указанная черта является од­ной из отличительных при разграничении презумпций и фикций. Возможность опровержения отличает презумпцию от аксиомы. Достаточно полное определе­ние способствовало бы устранению путаницы к отнесению того или иного по­ложения к презумпции или смежному с ней явлению.

1 См.: Ткачев Н. И. Законность и обоснованность судебных постановлений по гражданским делам. Саратов: Изд-во ун-та, 1987. С. 57.

2 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. М.: Городец, 2000. С. 68.

3 См.: Гусева С. В. Презумпции в системе философско-правовых категорий // Философская и правовая мысль: Альманах. Вып. 4. С. 28.

48

На основе проведенного анализа дается следующее определение правовой презумпции:

Правовой презумпцией является предположение, являющееся видом неполного индуктивного умозаключения, обладающего относительно высокой степенью вероятности, основанное на связи с реально происходящими процес­сами и подтвержденное предшествующим опытом, о существовании какого-либо факта (презюмируемого факта) при наличии другого доказанного факта (основания презумпции), закрепленное в федеральном законе.

Раскрытию сущности презумпции необходимо предпослать гносеологи­ческое определение сущности.

В теории познания под сущностью понимается внутренняя основа пред­мета. Обнаруживается сущность в явлении, которое выражает внешнюю сторо­ну предмета. Сущность никогда не предстает в чистом виде, она проявляется на конкретных вещах и процессах. Специфические черты предмета, составляющие его сущность, являются необходимыми и достаточными признаками для его определения. Раскрывают сущность с помощью теоретического анализа пред­мета1.

Отношения предметов представляет собой реальную возможность для проникновения в их сущность в пределах явлений. Задача науки состоит в рас­крытии общих свойств, которые являются существенными для предметов, вскрывают специфику, действительную природу2.

Следует отличать сущность от содержания: сущностью является основа предмета, содержанием - совокупность элементов, образующих тот или иной предмет3.

Для раскрытия сущности презумпций необходимо рассмотреть три ас­пекта значения понятия «презумпция», а также указать соотношение презумп­ций со смежными категориями, проанализировать роль презумпций в право-

1 См.: Вахтомин Н. К. О роли категории сущность и явление в познании. М., 1963. С. 114.

2 См.: Там же. С. 76. 3См.: Там же. С. 101.

49 творческой и правоприменительной деятельности, чему необходимо предпо­слать исследование различных классификаций презумпций, существующих в современной науке, поскольку тот или иной вид презумпции по-разному ис­пользуется в процессе правоприменения.

В науке обоснована точка зрения, что презумпция может быть рассмотре­на в трех аспектах: в философском, социальном и юридическом1.

Философский аспект заключается в философском представлении о пре­зумпциях как виде индуктивного умозаключения, строящегося на эмпириче­ских выводах о повторяемости определенной последовательности каких-либо явлений и являющегося выводом из комплекса сопоставлений и суждений, из логических и теоретических обобщений.

Социальный аспект презумпций заключается в том, что презумпции воз­никают, изменяются, прекращаются в зависимости от правовой идеологии об­щества.

Как считает Е. Ю. Веденеев, юридический аспект заключается в различ­ных подходах к классификации презумпций. По нашему мнению, юридический аспект презумпции раскрывается в процессе использования презумпций в пра­воприменительной и правотворческой деятельности.

В науке для того, чтобы раскрыть сущность правовых презумпций, они анализировались в соотношении со смежными понятиями: правовой гипотезой, правовой версией, правовой аксиомой, правовыми принципами2.

Исследуя соотношение правовой презумпции и правовой гипотезы, сле­дует согласиться с тем, что сходство презумпции и гипотез заключается в их предположительном характере и общем индуктивном методе образования. Раз-

1 См.: Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2. С. 48.

2 См.: Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 8-17,43- 53; Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 20-21; 24-25; Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2. С. 48; Гусева С. В. Презумпции в системе философско-правовых категорий // Фи­ лософская и правовая мысль: Альманах. Вып. 4. С. 29, 33-34.

50 личие состоит в условиях и причинах их образования, характере и последстви­ях опровержения. Первые отображают обычный, проверенный практикой поря­док вещей, принимаются без доказательств за истину. Гипотеза не может быть принята без доказательств за истину1.

Нами разделяется точка зрения СВ. Гусевой, что гипотеза обладает не­завершенностью. Процесс познания не может остановиться на стадии гипоте­тического достижения истины. Гипотеза неминуемо требует доказывания. Пре­зумпция же характеризует такое состояние субъекта познания, когда сумма со­бранных сведений о свойствах объекта провоцирует большее или меньшее убеждение в истинности знания сущностных внутренних свойств2.

При сравнении правовой презумпции и правовой версии, необходимо учитывать, что последняя является разновидностью гипотезы. Их общие свой­ства заключается в индуктивном характере образования и вероятности данных суждений3. Следует согласиться с этим утверждением. Отличия состоят в том, что правовые презумпции сохраняют свое действие весьма длительное время. Версии выдвигаются в случае нарушения предписаний правовых норм. С ут­верждением, что правовые презумпции всегда получают правовое закрепление, также следует согласиться.

Правовая презумпция существенно отличается от правовой аксиомы. Представляется обоснованной точка зрения, что аксиома - это истина, не тре­бующая доказательств в силу ее очевидности, она выражает истину во всеобъ­емлющей форме и хотя она не является абсолютной истиной, но содержит та­кое положение, признание истинности которого необходимо, а сомнение в его истинности невозможно. Предположение - это несовершенная и непреложная истина. К аксиоматичным могут быть отнесены не вызывающие сомнения об­щеизвестные факты4.

' См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 20-21.

2 См.: Гусева С. В. Указ. соч. С. 29.

3 См.: Бабаев В. К. Там же. С. 24-25.

4 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 24-25.

51

Указанную позицию разделяет и С. В. Гусева1.

Анализируя правовые презумпции и правовые преюдиции, следует со­гласиться с В. К. Бабаевым, что и те и другие не подлежат доказыванию2. Од­нако преюдициальные факты в предмет доказывания не входят, а презюмируе-мые факты могут входить, если опровергаются противоположной стороной.

Исследуя соотношение правовых презумпций и правовых принципов необходимо отметить, что юридические принципы суть наиболее общие, уни­версальные социально-философские основания функционирования юридиче­ской системы.

Презумпция от принципа отличается своим происхождением, а также масштабностью охвата юридической системы. Принципы носят общий систе­мообразующий характер; презумпции - частный. Однако в некоторых случаях, как считает СВ. Гусева, презумпции приобретают значение общих принципов организации системы: например, принцип презумпции невиновности3.

Представляется правильным рассмотреть наиболее общепринятые клас­сификации, позволяющие раскрыть существенные черты того или иного вида презумпций.

Существует общепринятая классификация презумпций:

1) по факту правового закрепления - фактические и законные презумп­ ции;

2) по возможности опровержения - опровержимые и неопровержимые;

3) в зависимости от роли в правовом регулировании - материально-правовые и процессуальные;

|

1 См.: Гусева С. В. Презумпции в системе философско-правовых категорий // Философская и правовая мысль. Альманах. Вып. 4. С. 33-34.

2 См.: Бабаев В. К. Там же. С. 32.

3 См.: Гусева С. В. Там же. С. 33.

52

1) по сфере действия - общеправовые, отраслевые и межотраслевые1.

Сторонниками подразделения презумпций на фактические и законные являлись: В. К. Бабаев, М. А. Гурвич, Я. Л. Штутин .

Существуют также противники наличия законных предположений3.

Некоторые ученые предлагали видоизмененную классификацию пре­зумпций: общечеловеческие, юридические и неопровержимые презумпции4.

В науке гражданского процессуального права также существовали раз­личные класссификации законных предположений:

A) в соответствии с областями гражданских правоотношений:5

1) законные предположения относительно статуса субъектов граждан­ского права;

2) законные предположения относительно защиты чести, достоинства граждан и организаций;

3) законные предположения относительно обязательственного права; предположения относительно вины причинителя вреда;

4) законные предположения относительно семейных прав. Б) общие и специальные предположения6.

B) по факту правового закрепления: прямо и косвенно закрепленные в законе . Примером прямого закрепления презумпций является презумпция ви­ ны причинителя вреда (ст. 1064 ГК РФ), презумпция вины должника (ст. 401 ГК РФ). О прямом закреплении свидетельствует наличие выражения: «пока не

1 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С.41.

2 См.: Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101; Гур­ вич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 9; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С.41.

3 См.: Левенталь Я. Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Совет­ ское государство и право. 1949. № 6. С. 58; Гурвич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 8-9; Ванеева Л. А. Судебное познание в советском гражданском процессе. Владивосток, 1979. С. 87-88.

4 См., например: Штейнберг А. Предположения как доказательства в гражданском процессе // Советская юстиция. 1940. № 3. С. 12.

5 См.: Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 151.

6 См.: Там же. С. 101.

7 См.: Бабаев В. К. Там же. С. 45.

53 доказано иное», «...если не докажет..,». Косвенное закрепление находит пре­зумпция вины родителей, если вред причинен несовершеннолетними детьми, не достигшими 14-летнего возраста ( ст. 1073 ГК РФ).

Г) общеправовые презумпции, действующие во всех отраслях права, ко­торые стали принципами права, межотраслевые, отраслевые и презумпции как средства, приемы юридической техники1.

В. К. Бабаев полагает, что указанные презумпции стали принципами пра­ва: презумпция истинности и целесообразности норм права; презумпция право­субъектности лиц и организаций, вступающих в правовые отношения; пре­зумпция добропорядочности гражданина; презумпция знания законов субъек­тами права. К презумпциям как средствам юридической техники относятся: презумпция отцовства; презумпция равенства доли имущества каждого супруга при разделе имущества; презумпция смерти лица безвестно отсутствующего более трех лет; презумпция отказа истца от исковых требований, дважды не явившегося без уважительных причин в судебное заседание. М. К. Треушников относит к презумпциям как средствам юридической техники норму, указан­ную в ч. 4 ст. 74 ГПК РСФСР (ныне ч. 3 ст. 79 ГПК РФ)2.

Общеправовые презумпции действуют во всех отраслях права, получая в некоторых из них преломленное выражение в соответствии со спецификой той или иной отрасли. Общеправовые презумпции превратились в своего рода по­ложения права. Отраслевыми презумпциями будут являться предположения, которые действуют только в определенной отрасли права (например, презумп­ция отцовства в гражданском праве). Презумптивные положения межотрасле­вых предположений находят применение в нескольких отраслях. Отношения, на которые они распространяются, должны быть в данном случае сходными (презумпция вины причинителя вреда)3.

1 См.: Бабаев В. К. Презумпции в российском праве и юридической практике / Юридическая техника: Сборник статей / Под ред. В. М. Баранова. Н. Новгород, 2000. С. 328-329.

2 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. М.: Городец, 1999. С. 71

3 См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 59.

54 В науке правоведения принято различать два вида фактических презумп­ций, с существованием которой следует согласиться:

1) Презумпции, которые сложились и отражают обычный порядок отно­шений независимо от права и в связи с правом, но находят, тем не менее, при­менение в практике судебно-следственных органов. Их предметом являются самые разнообразные отношения. В качестве данных презумпций можно при­вести следующие предположения: предположение, что наличие плесени на сте­не, свидетельствует о сырости помещения; предположение, что если человек медленно ходит, то он болен или стар; предположение, что пьяница - плохой муж и плохой работник.

2) Фактические презумпции, образовавшиеся в связи с правопримени­тельной деятельностью. Ими являются обобщения в отношениях, присущих че­ловеку вообще, часто в независимости от его социального положения. В осно­ву некоторых положены биологические, физиологические свойства человека (презумпция смерти)1.

Среди определений законных предположений, существующих в науке, можно выделить следующие определения.

Под юридическими предположениями понимались законные предполо­жения, опровержимые, то есть выводы, обязательные для суда велением закона, пока они не были опровергнуты надлежащими доказательствами2. В приведен­ном определении не указаны логическая природа и механизм действия пре­зумпции.

В качестве законных предположений также понимались предположения как логический прием, позволяющий в предусмотренных законом случаях, или когда это естественно вытекает из смысла закона, признать существование (не существование) искомого факта истинным, не требующим доказательств от

1 См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 44.

2 См.: Штейнберг А. Предположения как доказательства в гражданском процессе. Предпо­ ложения как доказательства в гражданском процессе // Советская юстиция. 1940. № 3. С. 11- 12.

55 стороны, ссылающейся на него, положить его в основание судебного решения, если этот юридический факт по предположению основан на обобщениях прак­тики, является прямым следствием другого доказательственного факта (фактов) и не опровергается в ходе судебного разбирательства. Как считал Я. Л. Штутин, законные предположения зафиксированы в нормах права, которые соответст­вуют естественному ходу вещей, вытекают из смысла закона и связаны с его применением1.

Ученый полагал, что законные предположения имеют материально-правовую и процессуальную сторону. Материально-правовая сторона законно­го предположения состоит в том, что, уясняя ее основание, мотивы, которыми руководствуется законодатель, можно познать истинный смысл норм права, ее назначение. Это обеспечивает ее правильное применение. Процессуально-правовая сторона законных предположений помогает суду дать правильное на­правление разбирательству дела.

Некоторые представители уголовного направления правовой науки не предложили определения, а выделили существенные свойства правовой пре­зумпции. Эти свойства раскрываются в том, что правовая презумпция является вероятным предположением, которое основано на связи явлений в форме ста­тической закономерности, которое выражено в законе и связано с юридически­ми последствиями2.

Однако, как уже было отмечено, не все ученые признают наличие закон­ных презумпций в праве.

Например, взгляды Я. Б. Левенталя и М. А. Гурвича очень противоречи­вы: первоначально оба автора ставят под сомнение возможность закрепления презумпций в действующем законодательстве, признавая, тем не менее, нали-

'См.: Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101.

2 См.: Зуев Ю. Г. Уголовно-правовые презумпции: понятие, признаки и виды // Юридическая

техника: Сборник статей / Под ред. В. М. Баранова. Н. Новгород, 2000. С. 333.

56 чиє в отдельных случаях презумпции . Я. Л. Штутин, наоборот, полагал, что в современном ему праве существуют только законные предположения2.

По мнению Л. А. Ванеевой, «суждение об отсутствии презумпций в гра­жданском праве небезосновательно»3. Анализируя содержание статьи 444 ГК РСФСР (ныне ст. 1064 ГК РФ), она полагает, что здесь нет места для предпо­ложения. При неисполнении обязанности доказывания отсутствия вины, факт считается доказанным на основании закона и достоверно установленных об­стоятельств дела. Таким образом, при рассмотрении споров, возникающих из причинения вреда и иска по защите чести и достоинства граждан, суд не выно­сит решение на основе вероятности.

Когда суд применяет законные презумпции, судебное решение осно­вывается на истинных обстоятельствах дела4.

Эту позицию поддерживал Н. И. Ткачев5.

Исследовались также и фактические презумпции. Так, А. Штейнберг фактические предположения определил как вероятные предположения в граж­данском процессе, которые суд сам естественно выводит из доказанных или общеизвестных фактов6. Предложенное определение неудачно, поскольку автор указывает только на две существенные черты презумпции, но при этом смеши­вает презумпции с доказательственными и общеизвестными фактами. Послед­ние являются разновидностью правовых аксиом.

1 См.: Левенталь Я. Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе// Совет­ ское государство и право. 1949. № 6. С. 58; Гурвич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 9.

2 См.: Штутин Я. Л Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101.

3 См.: Ванеева Л. А. Судебное познание в советском гражданском процессе. Владивосток, 1979. С. 87-88.

4 См.: Там же.

5 См.: Ткачев Н. И. Законность и обоснованность судебных постановлений по гражданским делам. С. 57.

6 См.: Штейнберг А. Предположения как доказательства в гражданском процессе // Совет­ ская юстиция. 1940. № 3. С. 11-12.

57

Под фактическими предположениями также понимались предположения, которые судья делает по внутреннему убеждению, выводя из одних фактов за­ключение о существовании других фактов1.

Разграничение между фактическими и правовыми презумпциями прово­дилось по следующим критериям: фактические презумпции, как предположе­ния о высокой вероятности искомого факта, основанны на опытных данных, в отличие от правовых презумпций, не закреплены в законе; доказывание с их использованием не вносит изменений в распределение обязанностей по доказы­ванию2.

Сторонниками подразделения презумпции на неопровержимы и опро­вержимые ( неоспоримые и оспоримые) являются В. И. Каминская, В. К. Баба­ев, М. А. Гурвич, А. Ф. Клейнман, А. Т. Боннер, Я. Л. Штутин, Е. Ю. Веденеев,

А. Штейнберг, Я. Б. Левенталь .

В.И. Каминская указывала следующие различия между оспоримыми и неоспоримыми презумпциями. Неоспоримые презумпции регулируют область отношений, находящуюся за пределами субъективного процесса доказывания. Их сближает с фикциями правовое содержание, сходство отношений, регули­руемых и теми и другими. Неоспоримая презумпция распространяет то, что в ней утверждается, на все случаи жизни. В числе обобщаемых ею случаев неиз­бежно должны найти место такие, которые заведомо не соответствуют тому,

1 См.: Клейнман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М, Изд-во АН СССР, 1950. С. 47.

2 См.: Гурвич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 9.

3 См.: Штейнберг А. Указ. соч. С. 12; Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 51; Левенталь Я. Б. К вопросу о презумпциях в советском граждан­ ском процессе // Советское государство и право. 1949. № 6. С. 54-55; Клейнман А.Ф. Основ­ ные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. С. 47; Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101; Гурвич М. А. Доказатель­ ственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 9; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 41,45; Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 12. С. 43-44, 48; Боннер А. Т. Установление обстоятельств гражданских дел. С. 127.

58 что в ней высказано. Оспоримая презумпция обязательно предполагает ис­ключение1.

В науке гражданского процессуального права указано основание деления презумпций на оспоримые и неоспоримые: обязательность, «абсолютность» не­оспоримых презумпций. Если закон связывает с неоспоримой презумпций воз­никновение прав и обязанностей, то при этом возникновение не требует дока­зывания и не терпит опровержения2.

Несомненный интерес вызывают определения неопровержимых и опро­вержимых презумпций, данные А. Ф. Клейнманом. Под неопровержимым предположением исследователь понимал предположение о существовании оп­ределенного факта, установленного законом, запрещающее опровергать презю-мируемый факт. Опровержимой презумпцией является установленное законом предположение, дозволяющее опровергать презюмируемый факт3.

По мнению В. К. Бабаева, опровержимыми законными презумпциями яв­ляются презумпции, в отношении которых закон допускает возможность опро­вержения, и которые считаются истинными, пока не установлено иное. Неоп­ровержимыми законными презумпциями являются такие презумпции, опро­вержение которых не допускается4.

Неопровержимая презумпция, полагал М. А. Гурвич, - это то же самое, что и фикция, прием, которым один фактический состав по своим правовым последствиям приравнивается к другому. Вместо того, чтобы несколько раз по­вторять указания на одни и те же последствия, связанные с различными факти­ческими составами, закон устанавливает, что фактический состав Б вызывает последствия, установленные законом, фактического состава А5. Этот прием, со-

1 См.: Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 51.

2 См: Левенталь Я. Б. Указ. соч. С. 55.

3 См.: Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. С. 47.

4 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 45.

5 См.: Гурвич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 10.

59 кращающий тексты законов и поэтому соответствующий экономии в изложе­нии законов, используется законодательством1.

В качестве опровержимой презумпции можно привести презумпцию доб­ропорядочности. В качестве неопровержимой презумпции традиционно приво­дят в пример положение ст. 429 ГК РСФСР: «Если присутствующий в месте от­крытия наследства наследник в течение трех месяцев со дня принятия мер ох­ранения не заявит надлежащему суду об отказе от наследства, он считается

принявшим наследство», как это делает, например, К. С. Юдельсон . Данная норма не сохранена в действующем законодательстве.

В науке предлагается в качестве неопровержимой презумпции рассматри­вать презумпцию недееспособности несовершеннолетних, не достигших че­тырнадцатилетнего возраста (малолетних) (ст. 1073 ГК РФ). С. Ф. Афанасьев утверждает, что предположение однозначно неопровержимо, поскольку даже если лицо, не достигшее четырнадцатилетнего возраста, и понимает противо­правность собственных действий в силу своей интеллектуальной зрелости, оно все равно не будет привлечено к гражданско-правовой ответственности3.

Другие ученые полагают, что данную презумпцию нельзя отнести к не­опровержимым, поскольку данное положение урегулировано законом и являет­ся наличием установленного факта4.

Большинство выступают авторов против неопровержимых презумпций5.

Е. Ю. Веденеев определяет неопровержимые презумпции, как правила, не допускающие доказывания обратного, результат воли законодателя, разно-

'См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 45.

2 См.: Юдельсон К. С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М., 1951. С. 267.

3 См.: Афанасьев С. Ф. Проблемы истины в гражданском судопроизводстве. Учебное посо­ бие. Саратов, 1999. С. 115

4 См.: Ойгензихт В. А. Указ. Соч. С. 27, 33.

5 См.: Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 101; Бон­ нер А.Т. Установление обстоятельств гражданских дел. С. 127; Курс советского гражданско­ го процессуального права. Т. 1: Теоретические основы правосудия по гражданским делам. М.: Наука, 1981. С. 43 (автор главы - А.А. Мельников).

60 видность императивных правовых норм, которые влекут исключительно про­цессуальные последствия.

Автор разделяет определение неопровержимых и опровержимых пре­зумпций, предложенное А. Ф. Клейнманом1.

Исследователь полагает, что понятие неопровержимой презумпции как предположение о существовании определенного факта, установленное законом, запрещающее опровергать презюмируемый факт, противоречит самой природе правовых предположений, поскольку при неопровержимости презумпций в процессе не только теряется смысл материально-правового предположения, но это может привести к ущемлению прав одной из сторон в связи с необоснован­ным доминированием другой стороны, в данном случае нарушается принцип состязательности2.

Указанный исследователь занимает двойственную позицию относительно проблемы наличия неопровержимых презумпций в праве.

Следует не согласиться с суждениеми А. А. Мельникова, Е. Ю. Веденее­ва, поскольку существование неопровержимых презумпций в праве противоре­чит самой природе правовой презумпции и ее одной из существенных черт -возможности опровержения. Следует согласиться с В. К. Бабаевым, что воз­можность опровержения презумпции не должна превращаться в закономер­ность, иначе презумпция теряет одну из своих существенных черт - фиксиро­вание повторяемости жизненных процессов3. Хотя и неопровержимые пре­зумпции делают бессмысленным судебное доказывание и воплощают в себе малую степень вероятности, что и породило в процессуальной литературе нега­тивные воззрения на неопровержимые презумпции4. Неопровержимые пре-

1 См.: Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2. С. 43-44.

2 См.: Веденеев Е. Ю. Указ. соч. С. 48.

3 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 4-5.

4 См.: Смышляев Л. П. Предмет доказывания и распределение обязанностей по доказыванию в советском гражданском процессе. М.: Изд-во МГУ, 1961. С. 38-40; Штутин Я. Л. Предмет доказывания в гражданском процессе. С. 105.

61

зумпции имеет право на существование в правовой системе. Однако следует со­гласиться с А. Т. Боннером, что в российском праве таких презумпций нет1.

У классификации презумпций на материально-правовые и процессуаль­ные были как сторонники2, так и противники3.

Деление презумпций имеет большое значение, поскольку важно знать, воздействует ли презумпция на процесс доказывания или влияет на разрешение дела по существу4.

В науке не выработано единого мнения по следующим вопросам: оправ­дано ли деление правовых презумпций на материально-правовые и процессу­альные; что является основанием указанной классификации; связано ли деление правовых презумпций на материально-правовые и процессуальные с их делени­ем на опровержимые и неопровержимые.

В монографической литературе был предложен в качестве критерия раз­граничения материальных и процессуальных презумпций следующий крите­рий: в зависимости от вхождения презумпции в содержание правовой нормы. Материальная презумпция не входит в содержание правовой нормы и является основанием для установления в ней определенного порядка отношений. Про­цессуальная презумпция входит в содержание нормы и регулирует процессу­альный вопрос о том, что считать доказанным5.

Научные исследования 50-х годов XX века показывали, что материально-правовое значение имеют не только неопровержимые, но и опровержимые пре­зумпции. Процессуальное значение опровержимых предположений определя­ется их ролью в распределении бремени доказывания. Неопровержимые пре­зумпции имеют процессуальное значение постольку, поскольку оказывают

1 См.: Боннер А.Т. Установление обстоятельств гражданских дел. С. 127.

2 См.: Юдельсон К. С. Проблемы доказывания в советском гражданском процессе. С. 249- 250; Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 98; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С.49.

3 См.: Воложанин В. П. Юридические предположения в советском гражданском праве и про­ цессе. Свердловск, 1953. С. 10.

4 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 49.

5 См.: Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 50-51.

62 влияние на предмет доказывания, сужая его объем и тем самым, сокращая процесс доказывания1.

Большинство ученых склонны считать, что в гражданском праве нет ни одного предположения, которое имело бы только материально-правовое и про­цессуальное значение2.

Примером материально-правовой презумпции может служить норма ст. 523 ГК РФ, из которой следует, что нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего ка­чества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Некоторые ученые полагают, что к материально-правовой и процессуаль­но-правовой относится презумпция дееспособности совершеннолетнего3.

Следует согласиться с С. С. Алексеевым, В. А. Ойгензихтом, что при раз­граничении презумпций следует исходить из основания разграничения отрас­лей права на материальные и процессуальные, поэтому презумпция, содержа­щая правило для разрешения дела по существу, а не порядок применения норм, является материально-правовой.

Процессуальная презумпция - это одно из оснований, исключающее представление доказательств для вынесения судебного решения или указы­вающее субъекта процесса, на которого возлагается бремя доказывания.

Материально-правовая презумпция представляет собой умозаключение, позволяющее сделать вывод о существовании определенного положения, уста-

1 См.: Левенталь Я. Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Совет­ ское государство и право. 1949. № 6. С. 54-55.

2 См.: Штутин Я. Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. С. 98; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 50.

3 См.: Ойгензихт В. А. Понятие гражанско-правовой презумпции // Советское государство и право. 1975. № 9. С. 26.

63 новить определенный факт, связь фактов, имеющих материально-правовое зна­чение1.

В. А. Ойгензихт предлагает разделить материально-правовые презумпции на презумпции очевидного факта и презумпции неустановленного факта2.

К первому виду презумпций относятся презумпции, вытекающие из оче­видных ситуаций, при которых данный вывод - наиболее часто встречающийся результат как обобщение практики (презумпции общей части ГК РФ: презумп­ция смерти, на которой основано объявление умершим, презумпция полномоч­ное™ лица, выполняющего публичные обязанности в соответствующей обста­новке; презумпция правомочности при заключении сделки лицом, достигшим возраста полной дееспособности; презумпция действительности сделки, пра­вомерности, соответствия ее подлинной воли субъектов; презумпция бесспор­ности требования, с которой связан перерыв сроков исковой давности; пре­зумпция перехода права собственности к получателю при сдаче отправителем груза перевозчику; презумпция согласованности действий по распоряжению общей совместной собственностью супругов; презумпция принадлежности вклада к совместному имуществу супругов).

Ко второму виду презумпций относятся презумпция вины; презумпция неопровержения ненадлежащего поведения и причины, вызвавшей отрицатель­ный результат; презумпция неустановления достоверности сведений, пороча­щих честь, достоинство; презумпция не опровержения добросовестности при­обретения.

Для применения презумпций первого вида должно быть налицо условие, а для презумпций второго вида должна возникнуть ситуация невозможности установления или неустановления факта. Недопустимо отождествлять факты как условие применения презумпций с презюмируемым фактом. Ученый при-

1 См.: Алексеев С. С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. 1958. №1. С. 52; Ойгензихт В. А. Понятие гражанско-правовой презумпции // Советское государство и право. 1975. №9. С. 26.

2 См. подробнее: Там же. С. 28, 30-32.

64 водит соответствующий пример: условие для применения презумпции смерти -трехлетняя неизвестность места пребывания субъекта, презюмируемым фактом является факт его смерти. В. А. Ойгензихт полагает, что различие между мате­риальной и процессуальной презумпцией состоит в распределении ролей - в том, что факты, презюмируемые в материальном праве, не подлежат доказыва­нию в процессе1.

Таким образом, процессуально-правовые презумпции служат лишь осно­ванием освобождения от представления доказательств, указывают на субъекта процесса, который должен представлять доказательства. Материально-правовые презумпции являются основанием установления определенного факта как следствия из вывода о высокой степени вероятности его существования, предпосылкой, а иногда непосредственным условием правовой нормы.

Иную позицию занимает Е. Ю. Веденеев, полагая, что материально-правовые презумпции не всегда напрямую связаны с распределением бремени доказывания. Исследователь видит цель процессуальной презумпции в сле­дующем: исключить представление доказательств; указать субъект, на который возлагается бремя доказывания; установить порядок применения норм матери­ального и процессуального права. При этом автор указывает на различный ме­ханизм действия материальных и процессуальных презумпций2.

Изучению доказательственных презумпций посвящены работы А. Ф. Клейнмана, М. А. Гурвича, М. Г. Авдюкова, М. А. Фокиной, М. К. Треушнико-

1 См.: Ойгензихт В. А. Указ. соч. С. 28.

2 См.: Там же.

3 См.: Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. С. 47; Гурвич М. А. Лекции по советскому гражданскому процессу. М., 1950. С.9; Авдюков М. Г. Распределение обязанностей по доказыванию в гражданском процессе // Со­ ветское государство и право. 1972. № 5. С.48; Фокина М. А. Теория и практика доказывания в состязательном гражданском судопроизводстве. СПб., 1999. С. 91; Треушников М. К. Су­ дебные доказательства. М.: Городец, 2000. С. 68.

65

В теории гражданского процессуального права были изучены различные точки зрения на сущность и значение доказательственных презумпций и указа­ны их примеры.

Доказательственная презумпция представляет собой установленный за­коном прием, в силу которого определенный юридический факт (факт презю-мируемый) считается установленным, если доказан другой определенный факт (основание презумпции). Применение презумпции как основы распределения обязанностей по доказыванию не только неправильно, но и нецелесообразно, ибо уводит от понимания ее как юридического и притом действующего, само­стоятельного института, известного законодательству. Презумпция облегчает обязанность доказывания или заменяет ее возможностью сослаться на факт -основание1.

Если же эту возможность осуществить не удастся, обязанность доказыва­ния исполнения действует в полную силу. М. А. Гурвич считал не лишенным основания мнение А. Ф. Клейнмана, о том, что презумпция есть хотя и услов­ный, но все же способ освобождения от доказывания2.

В своей научной статье М. Г. Авдюков указывал, что нормы материаль­ного права о возложении доказывания факта на определенную сторону тради­ционно рассматриваются как доказательственные презумпции3.

Ученый разделял мнение М. А. Гурвича, согласно которому правило рас­пределения обязанностей доказывания может и не сопровождаться презумпци­ей. Предположение о существовании факта как вероятный вывод из многократ­но повторяющихся явлений отсутствует в норме, возлагающей обязанность до­казывания соответствия действительности сведений, порочащих честь, досто­инство гражданина, на распространителя сведений.

1 См.: Гурвич М. А. Доказательственные презумпции в советском гражданском процессе // Советская юстиция. 1968. № 12. С. 9.

2 См.: Там же.

3 См.: Авдюков М. Г. Распределение обязанностей по доказыванию в гражданском процессе //Советское государство и право. 1972. № 5. С. 48.

66

Категория доказательственной презумпции заключается в следующем: при особой трудности доказывания определенного факта закон освобождает сторону от этой обязанности, если доказан связанный с ним другой факт, а обя­занность доказывания противоположного факта возлагается на другую сторону Когда доказательственная презумпция содержит не только правило о возложе­нии доказывания на определенную сторону, но и выражает высокую степень вероятности существования факта, она помогает суду установить обстоятельст­ва дела в соответствии с истиной. Презюмируемый факт доказывается во время рассмотрения дела. Исследователь полагал, что доказательственная презумпция освобождает сторону от обязанности доказывания в соответствии с принципом состязательности'.

Когда доказательственная презумпция содержит не только правило о возложении доказывания на определенную сторону, но и выражает высокую степень вероятности существования факта, она помогает суду установить об­стоятельства дела в соответствии с истиной. Презюмируемый факт доказывает­ся во время рассмотрения дела. Исследователь полагал, что доказательственная презумпция освобождает сторону от обязанности доказывания в соответствии с принципом состязательности.

По нашему мнению доказательственная презумпция освобождает сторону от доказывания на основании ст. 56 ГПК РФ.

Сторона может также приводить доказательства в опровержении позиции другой стороны, она обязана на общих основаниях представить доказательства в подтверждении такого обстоятельства. Следовательно, факт, существование которого предполагается, входит в предмет доказывания. Рациональное рас­пределение обязанностей по доказыванию более надежно обеспечивает дости­жение истины2. Указанное положение представляется неверным, поскольку

1 См.: Авдюков М. Г. Распределение обязанностей по доказыванию в гражданском процессе //Советское государство и право. 1972. № 5. С. 49.

2 См.: Там же.

67 презюмируемые факты не входят в предмет доказывания, однако исключения существуют в случае опровержения их противоположной стороной.

На современном этапе развития науки гражданского процессуального права некоторые исследователи указывают, что в нормах материального права (гражданского, трудового, семейного и других отраслей права) содержатся пра­вила доказывания, возлагающие с помощью презумпции обязанность доказы­вания факта на определенную сторону. Наибольшее распространение получили две доказательственные презумпции: презумпция вины причинителя вреда, презумпция вины лица, не исполнившего обязательство надлежащим образом. Сущность частных правил распределения обязанности доказывания, основан­ных на презумпциях, состоит в том, что при особой трудности доказывания оп­ределенного факта закон освобождает сторону от этой обязанности, если дока­зан связанный с ними другой факт. Обязанность доказывания противоположно­го факта возлагается на другую сторону1.

По мнению М. А. Фокиной, доказательственные презумпции являются исключением из общих правил распределения обязанностей по доказыванию. Они представляют значительные преимущества истцу для защиты социально важного права. Поскольку при презумпциях вины причинителя вреда, (перевоз­чика груза, комиссионера) вина предполагается, истец освобождается от дока­зывания вины ответчика2.

Е. Ю. Веденеев соглашался с мнением А. Ф. Клейнмана, который подраз­делял доказательственные презумпции на три рода: неопровержимые, опровер-жимые, фактические .

На основании изложенного и с учетом всех вышеназванных точек зрения предлагается следующее определение доказательственной презумпции как

1 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. С. 68.

2 См.: Фокина М. А. Теория и практика доказывания в состязательном гражданском судо­ производстве. С. 91.

3 См.: Клейнман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. С. 47; Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гра­ жданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2. С. 43-44.

68 предположения, предусмотренного федеральным законом, устанавливающего частное правило (или изменяющее общее правило) распределения обязанностей по доказыванию и обладающее всеми признаками опровержимых презумпций.

На современном этапе развития гражданского процессуального права многие ученые занимаются сравнительным анализом презумпций, действую­щих в зарубежном (английском) праве и презумпций российского права1.

В английском праве принято выделять несомненные, оспоримые, пре­зумпции факта, убедительные, доказательственные, неопровержимые, разреши­тельные презумпции. Так, под убедительными презумпциями понимаются пре­зумпции, сущность которых заключается в следующем: для доказывания факта А суд презюмирует, что факт В действительно существует. Сторона, опровер­гающая данную презумпцию, несет бремя доказывания (презумпция здраво­мыслия).

При доказательственных презумпциях суд делает заключение, что факт В существует, поскольку доказан факт А. Данная презумпция возлагает на сторо­ны доказательственное бремя ее опровергать. Неопровержимые правовые пре­зумпции предусмотрены статутами. Суть разрешительных презумпций заклю­чается в том, что доказывание факта А позволяет суду считать факт В доказан-ным. В основе презумпций факта лежит повседневный опыт .

Следует согласиться с положением о перспективности введения в россий­ское право следующих презумпций:

1) если несколько человек погибли во время несчастного случая, когда невозможно с достоверностью установить время смерти каждого лица, то пред­полагается, что сначала погиб старший, затем младший наследодатель;

2) предполагается, что любое лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, знает право, относящееся к его роду деятельности3.

1 См., например: Треушников М. К. Судебные доказательства. С. 68; Решетникова И. В. До­ казательственное право в гражданском судопроизводстве. Екатеринбург: Изд-во Гуманит. Ун-та, 1997. С. 268.

2 См.: Решетникова И.В. Доказательственное право в гражданском судопроизводстве. С. 266. 3См.: Там же. С. 270.

69

Сущность презумпций как правовых категорий раскрывается также в их роли в правовом регулировании: правотворческой и правоприменительной дея­тельности.

Представляется правильным выделить роль и место презумпции в право­вом регулировании в зависимости от стадий правового регулирования (общее действие юридических норм, возникновение субъективных прав и обязанно­стей, реализация прав и обязанностей)1.

В науке обосновано положение, что, презумпция является логической основой юридических норм, играющей роль в правотворчестве, рассмотрено соотношение понятий «презумпция» и «правосубъектность», соотношение по­нятий «юридический факт» и «презумпция». Презумпция вины причинителя вреда играет роль юридического факта (элемента фактического состава), явля­ясь предпосылкой возникновения правоотношения. Но его качество носит пре­ходящий характер и утрачивается с момента подтверждения или опровержения презумпции2.

В правоведении существует точка зрения на презумпцию как на приём совершенствования структуры фактического состава3.

Возможность применения презумпции связано с тем, что многие соци­альные ситуации обладают известной целостностью. Наличие одних звеньев в таких ситуациях с большей степенью вероятности предполагает существование некоторых других. Это позволяет презюмировать отдельные элементы факти­ческого состава, то есть условно считать их накопившимися, если не доказано иное. Применение презумпций позволяет значительно упростить состав, об­легчить и ускорить его динамику.

Роль и место правовой презумпции в правоприменительной деятельности определяется их значением в процессе доказывания, для этого необходимо вы-

1 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 59.

2 См.: Там же. С. 180.

3 См.: Исаков. В. Б. Фактический состав в механизме правового регулирования. Саратов: Изд-во ун-та, 1980. С. 90.

70 явить влияние презумпций на предмет доказывания, определить их роль в рас­пределении обязанностей по доказыванию, выяснить правомерность постанов­ки вопроса о презумпциях как доказательствах1.

Направление исследования выбирается в зависимости от вида презумп­ции: неопровержимая и опровержимая презумпция.

Сторонники наличия неопровержимых презумпций в праве убеждены, что они оказывают непосредственное влияние на предмет доказывания в том, что их отсутствие обусловило необходимость доказывания дополнительных фактов, которые являются презюмируемыми и в отношении которых закон не устанавливает возможности оспаривания. Речь идёт о влиянии презумпций на предмет доказывания по делам, где учитываются положения, закрепляемые презумпцией. Поскольку элементы предмета доказывания устанавливаются в силу их юридической значимости, а опровержение неоспоримой презумпции значения не имеет, постольку презюмируемое положение исключается из пред­мета доказывания, сужая тем самым его объём.

Иная связь с предметом доказывания законных опровержимых презумп­ций. Они на предмет доказывания влияния не оказывают, однако влияют на распределение бремени доказывания между сторонами процесса. Бремя дока­зывания означает обязанность какой-либо стороны доказывать определённые факты2.

По общему правилу бремя доказывания тех или иных фактов возлагается на ту сторону, которая утверждает существование или несуществование дан­ных фактов (на том лежит бремя доказывания, кто утверждает, а не на том, кто отрицает). Презумпция же освобождает сторону, в пользу которой она установ­лена, от доказывания, перелагая бремя по доказыванию на другую сторону.

1 См.; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 81.

2 См.: Лилуашвили Т. А. Предмет и бремя доказывания в советском гражданском процессе. Тбилиси, 1957. С. 39.

71

Презумпция, как верно замечено, с точки зрения влияния на перераспре­деление бремени доказывания «представляет собой исключение из общих пра­вил о доказательствах»1.

В науке гражданского процесса высказывалось мнение о вхождении пре­зумпций в систему процессуальных льгот .

В юридическом смысле льгота может выражаться в предоставлении пре­имущества отдельным субъектам права в виде частичного освобождения от вы­полнения субъективных обязанностей, создания благоприятных условий для реализации субъективных прав и наложения обязанностей либо наделения субъективными правами. Доказательственные презумпции являются исключе­нием из общих правил распределения обязанностей по доказыванию. Они пре­доставляют значительные преимущества истцу для защиты социально важного права. Поскольку, например, при презумпциях вины причинителя вреда (пере­возчика груза, комиссионера) вина предполагается, истец освобождается от до­казывания вины ответчика, а ответчик должен обосновать свою позицию в спо­ре и опровергнуть презумпцию.

Мнение о презумпциях как о доказательствах отстаивалось А. Штейнбер-гом3. Учёный указывал, что иностранные законодательства (например, Кодекс Наполеона ст. 1349 - 1352) к отдельному виду доказательств относят ещё и предположения. Предположение может быть выведено из объяснений сторон, свидетельских показаний, письменных доказательств, заключения эксперта и осмотра на месте.

В случаях, когда презюмируемые факты входят в предмет доказывания, то быть доказательствами по делу они не могут. Являясь элементом предмета

1 См.: Воложанин В. П. Юридические предположения в советском гражданском праве и процессе. С. 67.

2 См.: Фокина М. А. Льготы в состязательном гражданском процессе // Вестник СГАП. 1998. № 1. С. 82.

3 См.: Штейнберг А. Предположения как доказательства в гражданском процессе // Совет­ ская юстиция. 1940. № 3. С. 13.

72 доказывания, они сами во многих случаях подвергаются исследованию. Право­вые презумпции не отвечают определению доказательств по праву.

Выработке понятия фикции необходимо предпослать гносеологические основы анализа правовой фикции. Они не всегда отражаются современными учеными в определении фикции, что ведет к неполному раскрытию сущности указанного явления.

Фикция представляет собой особый вариант собственно семантического высказывания, которое нельзя трактовать ни в качестве тождественно-истинной, ни в качестве тождественно-ложной формулы, поскольку у нее нет явной ссылки на внешние обстоятельства, на какие-либо эмпирические факты1.

В правовой литературе существуют различные определения юридических фикций. Их общим недостатком является отсутствие гносеологической харак­теристики фикции. Например, в теории гражданского процессуального права правовой фикцией является особый прием нормотворчества, суть которого за­ключается в том, что определенные юридические последствия закон связывает с заведомо несуществующими фактами. С помощью такого приема законода­тель стремится преодолеть им же установленный режим правового регулирова­ния2.

На современном этапе развития теоретической мысли в науке уголовного права юридическую фикцию определяют как прием законодательной техники, состоящий в признании существующим несуществующего и наоборот, а также свойство нормы права не соответствовать потребностям общества в процессе правотворческой и правоприменительной деятельности3.

Некоторые ученые предлагают следующую дефиницию легально-правовой фикции: это средство юридической техники, при помощи которого конструируется заведомо несуществующее положение (отношение или состоя-

1 См.: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. Воронеж, Истоки. 1998. С. 18.

2 См.: Зайцев И. М. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. № 1.С. 35.

3См.: Панько К. К. Указ. соч. С. 27.

73 ниє), признаваемое существующим и обладающим императивностью, играю­щее роль недостающего юридического факта в силу невосполнимой неизвест­ности1.

О. А. Курсова предлагает от легальной фикции как средства юридической техники отличать фиктивность самих норм права. Фиктивные правовые нормы, по ее мнению, представляют собой формально-правовые возможности, то есть возможности, не имеющие потенциала реализуемости и являющиеся разновид­ностью правотворческой ошибки, возникшей вследствие добросовестного за­блуждения нормодателя, обусловленного неполнотой познания правовых явле­ний и несоответствием конкретного правового веления основам идеологии го­сударства, результатом которой является правовая норма, обладающая фор­мальной правовой возможностью2.

По нашему мнению правовой фикцией является прием юридической тех­ники (в форме особого варианта семантического высказывания, не обладаю­щее связью с эмпирическими фактами), суть которого заключается в уста­новлении федеральным законом юридических последствий, которые являются следствием заведомо несуществующих фактов с целью преодоления неопреде­ленности в правовом регулировании.

Сущность фикции также раскрывается при анализе соотношения фикций со смежными правовыми категориями: правовой коллизией, правовой аналоги­ей, правовым символом и правовой аксиомой3.

При сравнении правовой коллизии и правовой фикции необходимо уяс­нить, что коллизия проявляется в двух направлениях:

1 См.: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. на­ ук. Н. Новгород, 2000. С. 14.

2 См.: Там же. С. 15.

3 См.: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 35, 39; Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. С. 23-25.

74

1) правовой сфере, когда ее предмет сугубо нормативен (коллизия нормы, коллизия законов, различие в понимании, толковании и применении правовых норм);

2) коллизия может присутствовать в других противоречиях и конфлик­ тах, когда происходит столкновение и расхождение интересов, взглядов, стрем­ лений.

Эта несогласованность образует дефекты, деформации в праве и приво­дит к значительным сбоям в правовом регулировании. В общей теории права они именуются логико-структурными дефектами (пробелы в праве, норматив­ное излишество, противоречивость норм, коллизии, логическое несовершенство юридических конструкций). Разновидностью правовых коллизий следует счи­тать правовую фикцию, особенно ее вид, который является антиподом закона. Коллизионность любой фикции - в порождении заблуждения, при котором ли­цо ошибается, имеет ложное мнение, представление.

Коллизия состоит в спорности представлений (информации, трактовки) о правовом содержании соответствующей ситуации. Юридическая природа опре­деляется тем, что она вычленяет те или иные обстоятельства, придавая им зна­чение фактов, способных иметь значение при решении правового спора и, бу­дучи закрепленной в соответствующем правовом акте, наделяет их силой об­щеобязательного предписания.

Следует согласиться с К. К. Панько, что с помощью фикций обеспечива­ется определенная стабильность акта правоприменения в ситуации обнаруже­ния невосполнимой неизвестности1.

В отличие от фикции, которая всегда закреплена в правовой норме, осно­ванием решением вопроса по аналогии является пробел в праве.

Всякая ситуация, которая допускает решение по аналогии, может иметь сходство с урегулированной в законе, а может и не иметь. В этом и другом слу­чае предполагается отсутствие нормы, которая бы охватывала данную ситуа-

См.: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 35.

75 цию. Если отыскивается норма, регулирующая сходные обстоятельства, то она все равно подвергается определенной модификации в ходе перенесения ее дей­ствия на рассматриваемую ситуацию. Утверждение о том, что при аналогии за­кона имеет место распространение имеющейся нормы на обстоятельства, сход­ные с регулируемыми ею, также нуждается в уточнении1.

Аналогия в процессе установления пробелов в праве представляет собой логический прием, посредством которого в форме долженствования осуществ­ляется перенос урегулированности правом одних обстоятельств на другие, сходные с первыми .

Правовые символы и правовые фикции обладают как сходствами, так и различиями. Правовой символ - это создаваемый или санкционируемый госу­дарством условный образ, отличительный знак, представляющий собой види­мое, либо слышимое культурно-ценностное образование, которому субъект правотворчества придает особый политико-правовой смысл, не связанный с сущностью этого образования, охраняемый государством и используемый в особом процедурном порядке . Общее между символами и фикциями заключа­ется в понятии; в происхождении в праве; в связи с формализмом древней юриспруденции; в роли как средств формализации права. Фикции и символы не являются чисто юридическими понятиями. Данные категории могут приме­няться в качестве средств, используемых в теневых юридических технологиях4.

1 См.: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 39.

2 См.: Уемов А. И. Основные нормы и правила выводов по аналогии // Проблемы логики на­ учного познания. М., 1964. С. 253-254; Лазарев В. В. Пробелы в праве и пути их устранения. М.: Юридическая литература, 1974. С. 91-92.

3 См. подробнее: Никитин А. В. Правовые символы. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 1999. С. 17,18.

4 Своя собственная символика существует как в среде общеуголовной, так и организованной преступности - это необходимые элементы указанных субкультур. Фикция - активно ис­ пользуемое средство в преступной деятельности ( при различных технологиях отмывания «грязных денег»). Теневые технологии производны от норм теневого права. См. подробнее: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2000. С. 17, 26, 28, 29; О понятии и признаках теневого права см. подробнее: Ба­ ранов В. М. Теневое право: Монография. Н. Новгород: Нижегородская академия МВД Рос­ сии, 2002. С. 5-18, 20.

76 Фикции и символы различаются по способу образования. В основе формирова­ния символа и правовой фикции лежит процесс идеализации, символ отражает суть идеализируемого объекта. Символы существуют лишь в контексте обще­ния. Фикция - явление иного порядка. Фикция ничто не олицетворяет и не со­держит заинформированного культурного контекста, в отличие от символа, ко­торый представляет собой генезис культурных, политических, этических и на­циональных традиций. Символ не может быть произволен, иначе он теряет свой смысл, ценность и регулятивное значение и превращается в фикцию1. Функции правовой фикции и символа во многом различны.

Различие фикций и аксиом заключается также в разности их природы. Правовые аксиомы формируются в целом на основе обобщения многогранной юридической практики в рамках правовой науки, тогда как установление пра­вовых фикций в основном - заслуга нормодателя, хотя возможно и закрепление в действующем законодательстве моделей, сконструированных при помощи фикции как познавательного приема .

Представляется правильным рассмотреть вопрос, связанный с различ­ными классификациями фикций, для того, чтобы полнее представить различ­ные аспекты указанного правового явления.

В науке некоторые ученые выделяют систему фикций. Существуют также сторонники классифицировать фикции по различным основаниям.

Бесспорно наличие следующей системы фикций, разработанной предста­вителями уголовного права:

1. Традиционные фикции предусмотрены действующим законодательст­вом и изучаются правовой наукой, используются законодателем как приём юридической техники.

2. Фикции при противоречии законов (война законов) имеют социальное основание: ошибочное отражение в законе проблемной ситуации, нуждающей-

1 См.: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. С. 17.

2 См.: Там же. С. 23-25.

77 ся в правовом регулировании, либо несоответствие целей закона нормативно закреплённым средствам его осуществления.

3. Любые другие фикции, в том числе и не включенные в систему действующего законодательства. Существование этих фикций крайне опасно в праве, особенно в правоприменении, так как они способны разорвать в пред­ставлении связь времен и тем самым лишить возможности осознанного выбора достойных человека приоритетных целей и что не менее важно, адекватных этим целям средств их достижения1.

Не вызывает сомнения выделение в правоведении следующих классифи­каций фикций:2

1. Юридические фикции, с помощью которых формируются юридические категории называются, доктринальными. По нашему мнению, примером док- ринальной фикции являются положение, закрепленное ст. 142 УК РФ, преду­ сматривающей уголовную ответственность за фальсификацию избирательных документов, документов референдума или неправильный подсчет голосов. Они характеризуются относительной устойчивостью, представляют собой результат научной преемственности в юриспруденции и выражают основные ценностные правовые доктрины.

2. В зависимости от обусловленности теми или иными реалиями выде­ ляют фикции, вытекающие из натуралий, и фикции, вытекающие из юридиче­ ских реалий. К натуралиям относится человек в его антропологических экзи­ стенциях со всеми его природными качествами, а также отношениями в приро­ де (натуралиями), в окружении которых происходит жизнь человека. Юридиче­ ские реалии обусловлены особенностями правовой действительности, нередко оказывают существенное влияние на формирование той или иной юридической категории, в том числе и на использование фикций в её закреплении и в законе.

См. подробнее: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 51. 2 См.: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве. Автореф. дис. ... канд. юрид. на­ук. С. 23-25.

78 Примером первой группы фикций являются фикции семейного права. В этой сфере фикции приравнивают друг к другу те или иные социальные или биологические состояния (институт усыновления). К фикциям, вытекающим из юридических реалий, относятся понятие юридического лица, экстерриториаль­ности, обратной силы.

3. Статические и динамические фикции. При формировании статиче­ских фикций применяются научные средства познания действительности. Они вплетаются в научные традиции юриспруденции. Динамические фикции возни­кают сообразно текущим потребностям юридической практики и могут видо­изменяться со временем или исчезать, и обладают более простой конструкци­ей, неустойчивостью, изменчивостью можно1.

4. Нормотворческие фикции можно классифицировать в зависимости от принадлежности к отраслям: материальным и процессуальным. Фикции ма­териальных отраслей служат целям преодоления состояния неопределённости. Процессуальные фикции преодолевают процессуальную недисциплинирован­ность участников судопроизводства, способствуют экономии юридических средств и сил судей.

По нашему мнению, примером материально-правовой фикции является ч. 2 ст. 435 ГК РФ: «Если извещение об отзыве оферты поступило ранее или одновременно с самой офертой, оферта считается не полученной». Процессу­ально-правовой фикцией, по нашему мнению, считаются положения, преду­смотренные ч. 3 ст. 79 ГПК РФ: «При уклонении стороны от участия в экспер­тизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, ка­кая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значе-

1 См. подробнее: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. С. 23-25.

79

ниє, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

5. Фикции также подразделяются по отраслям права.

Фикции, применяющиеся по различным отраслям, обладают спецификой, обу­словленной спецификой норм права. Фикцией конституционного права являет­ся положение ч.2 ст. 12 Федерального закона от 10 июля 1999 года ( в ред. от 23 июня 2003 г.) «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Со­брания Российской Федерации»: «Избиратели, проживающие за пределами территории РФ, приписываются к одномандатным избирательным округам, об­разованным на территории РФ»1.

6. По источнику фикции подразделяются на конституционные фик­ции, фикции, содержащиеся в законах, фикции, содержащиеся в подзаконных актах. Так, согласно п. 14 Указа Президента РФ от 22 декабря 1993 года № 2270 «О некоторых изменениях в налогообложении и во взаимоотношениях бюдже­тов различных уровней» в облагаемый НДС оборот включались средства, полу­ченные от других предприятий, а также средства от взимания штрафов, пени, выплаты неустоек. При помощи фикции оборота реализации НДС взималась там, где добавленная стоимость не создавалась. Включение штрафов в облагав-мый НДС оборот устранял оплату товаров через штрафы .

7. По способу выражения фикции могут быть сформулированы в виде суждений (отрицательных или утвердительных), а также в виде неопровержи­мых презумпций3.

Сущность фикций раскрывается при указании их значения в право­вом регулировании. Значение фикций в правовом регулировании заключается в

1 См.: Федеральный закон от 11 июля 1999 ( в ред. от 23 июня 2003 г. «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» // СЗ РФ. 2003. № 26. Ст. 2574; 2573.

2 См.: Щекин Д. М. Презумпции и фикции в налоговом праве // Финансовые и бухгалтерские консультации. 1998. № 2. С.36.

3 См. подробнее: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. С. 23-25.

80 применении фикций в законотворческой практике и правоприменительной дея­тельности.

Юридическая фикция позволяет упростить структуру фактического со­става, способствует экономии в правовом регулировании общественных отно­шений1.

Правовые фикции предоставляют определённые привилегии. В случаях их применения закон связывает конкретные юридические последствия с заве­домо несуществующими фактами. В случаях, предусмотренных п. 3 ст. 79 ГПК РФ, вторая сторона получает определённые преимущества в доказывании. При применении ст. 118 ГПК РФ сторона, явившаяся в процесс, получает привиле­гию: приводимые ею доводы и представляемые доказательства не будут опро­вергнуты за отсутствием противоположной стороны. Высказано мнение в науке о вхождении фикций в систему процессуальных льгот2.

Специфичность процессуальных фикций кроется в характере и в сфере образования. Они представляют собой нормативное образование в процессу­альном праве в виде нормативного закрепления порядка отношений, признан­ного обычным, постоянным. Другие возникают в процессе реализации матери­ально-правовых предписаний и правоотношений, которые процессуальные нормы призваны обслуживать, то есть в правоприменительной деятельности субъектов, на которых возлагается властное проведение в жизнь требований материально-правовых норм, их реализация3.

И. М. Зайцев впервые исследовал в своей статье правовые фикции в гра­жданском процессе4.

Учёный указывал, что практическое значение процессуальных фикций предопределено их воздействием на судопроизводство. Они сокращают ход и

'См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 81.

2 См.: Фокина М. А. Льготы в состязательном гражданском процессе // Вестник СГАП. 1998. № 1.С. 85-86.

3 См.: Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 58.

4 См.: Зайцев И. М. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. №1.

81 объём доказательственного материала, облегчают процесс установления об­стоятельств, имеющих значение для дела. Помимо процессуальных фикций, суд применяет фикции других отраслей права.

По утверждению исследователя, процессуально-правовые фикции реали­зуются судом первой инстанции и отражаются в протоколе судебного заседа­ния, определениях и решениях. И хотя ГПК РФ и Постановления Пленумов Верховного Суда РФ не дают ответа на то, как должно быть оформлено судеб­ное применение фиктивных норм, логика гражданского процессуального регу­лирования правосудия очевидна и заключается в следующем.

Судья обязан документировать использование фикций. С этой целью в определении или решении он отмечает как сам факт применения процессуаль­ной нормы, содержащей фикцию, так и основание её реализации, и обязатель­но юридические последствия.

Такие записи, по мнению автора, легализуют правовые фикции в произ­водстве по конкретному делу, служат неоспоримым доводом законного и обос­нованного решения заявленного требования. Лицо, участвующее в деле, при обжаловании решения может оспаривать правильность применения нормы, со­держащей процессуальную фикцию (не было надлежащего фактического соста­ва для применения данной нормы, неверно определены последствия фикции), но не должно сомневаться в правомерности решения в результате реализации фикции, поскольку процессуальные фикции - это хотя и своеобразные, но юри­дические нормы, и их применение вполне соответствует началу законности в гражданском судопроизводстве.

По нашему мнению, целесообразно предложить определение граждан­ской процессуальной фикции как принятие факта, не соответствующего дей­ствительности, существующим (или наоборот), установленное нормами гра­жданского процессуального права и вызывающее определённые юридические последствия.

82

Трудно согласиться с точкой зрения, существующей в теории права, что фикции не имеют отношения к процессу доказывания и в этом их отличие от презумпций.

В науке гражданского процесса обоснована точка зрения, что фикции со­кращают ход и объём доказательственного материала, облегчают процесс уста­новления обстоятельств, имеющих значение для дела, иногда являются санкци­ей за невыполнение обязанностей по доказыванию1.

Представляется правильным осветить вопрос подробнее о соотношении правовых презумпций и правовых фикций. В.И. Каминская выделяет следую­щие различия:

1) Высказанное в презумпции положение основано на высокой степени вероятности и отражает действующую реальность. Для фикции же характерно объявление в качестве истины положения, заведомо никогда не соответствую­щего истине.

2) Презумпции и фикции складываются совершенно различно, психоло­гические источники их происхождения не одинаковы. Создание презумпций и их применение построены на натуральной логике вне контроля человеческого сознания. Фикция создается искусственно, является «плодом коллективного во­ображения», созданного в целях урегулирования тех или иных отношений2.

Некоторые авторы являются сторонниками указанной точки зрения3.

При разграничении презумпций и фикций В. К. Бабаев указывает на не­которые сходства между презумпциями и фикциями: и те и другие условно принимаются за истину (сходство между ними будет тем больше, чем меньшую степень вероятности заключает в себе та или иная презумпция); правовые пре-

1 См.: Зайцев И. М. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. № 1.С. 36.

2 См. подробнее: Каминская В. И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 46.

3 См.: Веденеев Е. Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2. С. 48.

83 зумпции и фикции получают нормативное закрепление. Различие заключается в характере образования и степени достоверности закрепляемых положений1.

По нашему мнению представляется правильным провести разграничение по трем основаниям:

1) По отношению к фактам действительности . Статья 42 ГК РФ обязыва­ет при невозможности установить день получения последней информации о безвестно отсутствующем считать началом исчисления срока для признания гражданина таковым первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние известия о нем, а при невозможности установить этот ме­сяц - первое января следующего года. Как показывает анализ изложенной нор­мы, что положение о том, что днем безвестного отсутствия гражданина счита­ется первое число месяца, не только не несет вероятной нагрузки, но и вообще не согласуется с действительностью. Указанная норма является фикцией. По­ложение, закрепленное презумпцией, согласуется с действительностью. На­пример, презумпция отцовства, предусмотренная ч. 2 ст. 48 СК РФ, согласно которой отцом ребенка является супруг его матери, если последние состояли в браке, а также в течение трехсот дней с момента расторжения брака, признания такового недействительным.

2) По степени вероятности положений, закрепленных в презумпции и фикции3. Обобщения, лежащие в основе презумпций, обладают высокой степе­нью вероятности. Примером может служить презумпция, что дитя, рожденное спустя десять месяцев по прекращению брака, есть незаконнорожденное. Одна­ко, в некоторых случаях вероятность того или иного предположения совпадает с вымыслом. Приведем в пример презумпцию английского права, которое предполагает всякого англичанина присутствующим в парламенте в лице своих

1 См.: Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 32.

2 Указание на различное отношение к фактам действительности в качестве критерия разгра­ ничения презумпций и фикций поддерживается некоторыми учеными. См., например: Афа­ насьев С. Ф. Указ. соч. С. 119.

3 См., например: Каминская В. И.Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 46; Бабаев В. К. Презумпции в советском праве. С. 32.

84 представителей. Из этого следует, что нет надобности в обнародовании закона, и законы должны считаться известными во всем королевстве с того момента, как они одобрены обеими палатами и санкционированы королем. Фикции же складываются искусственно, изобретаются законодателем специально, вне за­висимости от повседневной человеческой практики. Сведения, провозглашае­мые в них истинами, на самом деле ложные и это хорошо известно широкому кругу лиц, договорившихся рассматривать отдельные моменты наличествую­щими в реальности. Фикции противостоят истине1.

3) По отношению к процессу доказывания. По нашему мнению, следует не согласиться с точкой зрения, существующей в общей теории права об отсут-ствии отношения фикций к процессу познания, в частности к доказывания . Фикция выполняет роль своеобразной санкции за невыполнение обязанностей по доказыванию. Примером может служить положение ч. 3 ст. 79 ГПК РФ: при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, ес­ли по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд, в зависимости от того, какая сторона отклоняется от экспер­тизы, а также какое для неё имеет значение, вправе признать факт, для выясне­ния которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

В виду того, что не выработано четкого критерия разграничения пре­зумпций и фикций, нет единого мнения по поводу их правовой природы. Нор­мы статей ч. 3 ст. 45 ГК РФ, ст. 42 ГК РФ (регламентирующих предположи­тельный день смерти при объявлении гражданина умершим; предположитель­ный день получения последних сведений об отсутствующем при признании гражданина безвестно отсутствующим), полагал И. М. Зайцев, содержат юри­дические фикции.

1 См.: Теория государства и права / Под ред. Н. И. Матузова, А. В. Малько. М.: Юрист, 2002. С. 237-238(автор главы - Н. И. Матузов).

2 См.: Курсова О. А. Правовые фикции в российском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. на­ ук. С. 19.

85 С указанным мнением следует согласиться, поскольку вывод суда об ус­тановлении факта смерти или безвестного отсутствия будет фиктивен. А. Т. Боннер отмечает, что нормы содержат презумпции1. Такое смешение происхо­дит потому, что ученый понимает презумпции как технико-юридический при­ем, берущий начало во французском и немецком законодательстве.

В результате проведённого исследования сделаны следующие выводы: Сущность правовых категорий презумпции и фикции раскрывается в их значении в правотворческой и правоприменительной деятельности и наиболее ярко прослеживается при анализе значения данных категорий в правоприме­нительной деятельности, в частности в процессе доказывания.

1 См.: Зайцев И. М. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. № 1. С. 36; Боннер А. Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М: Городец, 2000. С. 140.

<< | >>
Источник: Нахова Елена Александровна. РОЛЬ ПРЕЗУМПЦИИ И ФИКЦИИ В РАСПРЕДЕЛЕНИИ ОБЯЗАННОСТЕЙ ПО ДОКАЗЫВАНИЮ. ДИССЕРТАЦИЯ НА СОИСКАНИЕ УЧЕНОЙ СТЕПЕНИ КАНДИДАТА ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК. САРАТОВ-2004. 2004

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Сущность правовых категорий «презумпция» и «фикция»:

  1. 76. Юр-ая техника: понятие, виды и содержание.
  2. 101. Коллизионные нормы. Обратная сила правовых норм.
  3. 76. Юр-ая техника: понятие, виды и содержание.
  4. 16). Правовые презумпции.
  5. Вопросы
  6. ОГЛАВЛЕНИЕ
  7. § 1. История развития правовых категорий «презумпция» и «фикция»
  8. § 2. Сущность правовых категорий «презумпция» и «фикция»
  9. §1. Некоторые аспекты процесса доказывания
  10. §3. Функции презумпций и фикций в процессе доказывания
  11. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  12. Список использованной литературы
  13. § 4.4. Структура механизма правовой идеологии
  14. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  15. § 3. Вина как отражение системы культурных ценностей
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право РФ - Гендерные правоотношения - Гражданский процесс - Гражданское право - Договорное право РФ - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Исторя государства и права - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право России - Корпоративное право - Медицинское право - Муниципальное право - Налоговое право - Нотариат России - Образовательное право - Права человека в России - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение России - Правовое обеспечение деятельности юриста - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Семейное право - Страховое право - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право - Экологическое право - Ювенальное право -